Пока Лариса Долина покидает пятикомнатную квартиру в Хамовниках, главным предметом обсуждения становится не юридическая тяжба, а экстравагантный интерьер звезды. Публика, увидевшая внутреннее убранство, разделилась на тех, кто в шоке, и тех, кто увидел в этом «богемный шик». Для aif.ru эксперты оценили, сколько на самом деле стоят эти позолота и бархат и можно ли на них заработать.
«Стиль Людовика» для узкого круга ценителей
Риэлтор Алина Правоторина, оценивая квартиру, сразу обозначила ее главную особенность. «Почему-то именно такие интерьеры достаточно часто встречаются в богемной среде. Вот подобные люди любят так называемый "стиль Людовика": цыганщину, золото», — отметила она.
Этот стиль, по словам эксперта, является дорогим, но устаревшим и крайне неоднозначным.
«Я бы не назвала этот стиль современным, но это дорогие материалы, это дорогие дизайнеры», — объяснила Правоторина. Именно эта специфика и формирует его рыночную судьбу.
В элитном сегменте, к которому относится квартира за 112 млн рублей, необычный ремонт почти не влияет на стоимость самого «квадрата», но напрямую определяет скорость продажи и дальнейшие траты нового владельца.
Новому хозяину, скорее всего, придется все сносить
Главный вывод экспертов однозначен: интерьер Долиной — это обуза для продажи, а не преимущество. «Если брать во внимание квартиру Долиной, то это сильно на любителя, — говорит Правоторина. — Кто-то берет квартиру и будет жить прямо так, кого-то это устроит. Но в основном люди делают ремонт по своему вкусу после покупки».
На практике это означает, что новая владелица, Полина Лурье, получив право на квартиру, почти наверняка столкнется с необходимостью масштабного и дорогого ремонта.
Демонтаж существующей отделки, замена инженерных систем, скрытых за сложными конструкциями, и чистовая отделка «с нуля» потребуют многомиллионных вложений и времени.
Таким образом, итоговая стоимость владения для покупателя вырастет значительно выше цены сделки.
А что же сама мебель? Условный миллион или груз на свалку?
Отдельный вопрос — судьба предметов интерьера, которые может оставить после себя певица. Агент по недвижимости Константин Муравьев настроен скептически.
«Ничего особо ценного в мебели не вижу. Для фанатов, может быть, она и важна, однако для рынка недвижимости такие вещи в принципе ничего не стоят. Всё старое — уже не актуально и не востребовано», — заявил он.
Однако даже такую мебель можно попытаться монетизировать, если отбросить ее «звездный» ореол.
«Заработать условный миллион, возможно, и получится — мебель, в общем, сейчас дорогая. Если абстрагироваться от того, что это квартира Ларисы Долиной, и смотреть на предметы интерьера просто как на мебель, то какую-то сумму за них выручить реально», — считает Муравьев.
Но ключевая фраза эксперта звучит как приговор: «Но, насколько я понимаю, человек, купивший квартиру, скорее всего, всё выкинет и ничего оставлять не будет».
Это логично: если затевается капитальный ремонт под свой вкус, то старые диваны, кресла и комоды просто мешают. Их вывоз и утилизация — это дополнительные расходы, а не доход.
Интерьер-призрак, который съест бюджет
История с квартирой Долиной наглядно показывает парадокс рынка элитной недвижимости. С одной стороны, потрачены огромные средства на дизайнеров и материалы.
С другой — эта инвестиция оказалась полностью неликвидной. Для будущего владельца интерьер не представляет ценности, а является проблемой, решение которой требует новых миллионов.
Таким образом, истинная стоимость квартиры для нового владельца складывается из цены покупки (112 млн рублей) и будущих затрат на полную переделку.
А «условный миллион» от продажи старой мебели — это лишь незначительная компенсация в этом масштабном бюджетном уравнении.
Интерьер в «стиле Людовика» оказался призрачным активом: дорогим в создании, но бесполезным при продаже, став главным финансовым и эстетическим грузом в этой громкой истории.
Свежие комментарии